Похожие статьи

    36

Розалинда Франклин

 РОЗАЛИНДА ФРАНКЛИН
леди, открывшая ДНК

Не всем школьникам со среднестатистическими умственными способностями  под силу самостоятельно изучать органическую химию.  Но на мое счастье учителей ученики не выбирают, и химию в медицинском лицее у меня в группе преподавала замечательный педагог, химик – Н. В. Захарченко – требовательная, и одновременно чуткая и мягкая женщина. Как сейчас помню серо-зеленые странички написанных ею методических пособий для абитуриентов с чудными, замысловатыми ДНК и РНК. В них я ориентировалась примерно как маленький лесной мишутка в индустриальном городе.  В моих фантазиях их придумал какой – нибудь старенький академик – очкарик, и мне и в голову не могло прийти, что в их открытии повинна светская леди. А оказывается…

Полвека назад, весной 1953-го, сотни тысяч людей были взволнованы серией статей в журнале NATURE, в которых рассказывалось об открытии структуры ДНК, вещества наследственности. Если из нашего времени бросить взгляд на весь минувший век, то придется признать, что это было, вероятно, самым великим открытием в биологии и биохимии 20-го столетия. Нобелевская премия за это открытие досталась мужчинам, но как и во всех великих достижениях и в этом незримо присутствовала женщина.

В первые послевоенные годы в Париж явилась очаровательная, замкнутая англичанка Розалинда Франклин (Rosalind Franklin). Несмотря на послевоенную разруху и неуютную каморку для жилья, она быстро расцвела в обществе галантных французов, которые стремились возместить все, что было упущено за годы войны. В Париж Рози, как ее

звали друзья, приехала, чтобы овладеть самыми современными способами рентгеноструктурного анализа различных веществ, в том числе ДНК.

       Получая щедрую финансовую поддержку от состоятельных родителей, она могла не отказывать себе в маленьких радостях жизни: увлекалась плаванием в бассейне, каталась на горных лыжах, бывала на показах мод, тщательно выбирала туалеты, осваивала кулинарное искусство, которое было ей необходимо для устройства вечеринок. Словом много и плодотворно работала, а в свободное время от души развлекалась.

       В 1950-м году Розалинда Франклин вернулась из вольного города Парижа в Лондон и стала сотрудницей Кингз-колледжа при Лондонском университете.  Бренда Мэддокс, автор биографии Франклин, заметила, что разница между Парижем и Лондоном создала для Розалинды психологические проблемы. Лондон того времени был, по выражению Мэддок, «городом работающих мужчин, игроков в шары, мужских клубов и мужских портных».

       Еще хуже было положение в университетах Англии: для немногочисленных женщин там не было создано никаких условий. Женский персонал ютился в убогих каморках, при том, что мужчины даже утренний чай вкушали в просторных залах. А для продолжения ученых бесед мужчины после работы шли в пивные, куда женщинам вообще не было доступа.

        И вот в этот мир ворвалась «парижская штучка», привыкшая к иной жизни. Восхищение, которое окружало Розалинду в Париже, независимость, которой она там пользовалась, - все это вмиг исчезло в Лондоне. Ее непосредственный начальник был убежден, что Розалинда для него что-то вроде прислуги и годится только на то, чтобы изготавливать высококачественные рентгенограммы.

         Между тем Розалинда считала себя самостоятельным исследователем.  А характером она с малых лет отличалась боевым.  Дядя Розалинды был членом палаты лордов, так что ее семья занимала высокое положение в обществе.  Отец хотел, чтобы она, как и другие женщины в семье, стала социальным работником, но Рози еще в 15 лет  решила, что будет ученым.  Девочка училась в школе святого Павла, одной из лучших школ и была первой ученицей. Затем она поступила в Кембридж и доказала свое право быть исследователем.  И даже в годы войны, когда Британия особенно нуждалась в службе социальной помощи, Рози продолжала работать физиком - рентгеноскопистом, хотя и в оборонной сфере.

        В начале 50-х годов всего несколько коллективов в мире изучали ДНК.  Большие надежды возлагались на знаменитого исследователя Лайнуса Полинга, но метр разрабатывал сразу много «золотых жил» и не спешил с открытием ДНК.  Другим передовым отрядом в изучении ДНК были ученые из лондонского Кингз–колледжа, прежде всего Уилкинс и Франклин.  Правда, коллективом их назвать было трудно: каждый из них работал самостоятельно, хотя они и обсуждали результаты друг с другом. Уилкинс изготавливал лучшие в мире препараты ДНК и поспешал медленно, считая, что никто его обогнать не сможет. 

Розалинда получала лучшие в мире рентгенограммы ДНК и тоже никуда не торопилась, стремясь к еще большему совершенству.  А наиболее амбициозными исследователями ДНК был тандем Крик-Уотсон из Кавендишской лаборатории в Кембридже.

 Они и пришли к финишу первыми - в 1953 году представили на суд коллег наиболее достоверную модель ДНК.  По собственному выражению Джеймса Уотсона, у него в мозгу что-то «щелкнуло». Но «щелкнуло» после того, как Уилкинс показал ему последние рентгенограммы Розалинды!  Причем без ее ведома. Она отдавала свои снимки начальнику, и тот хранил их в своем сейфе. Поступок,  прямо скажем, не джентльменский.

Главные черты модели Крика-Уотсона таковы:

1. Молекула ДНК состоит из двух параллельных цепочек и напоминает собой длинную лестницу.

2. Основы цепочек образованы переплетенными углевод – фосфатными цепями, а основания (буквы наследственного кода) расположены внутри, между остовами, образуя поперечные "перекладины - ступеньки".

3. Лестница из остовов и перекладин - оснований заключена в спираль. В зависимости от состояния ДНК, количества воды в ней и множества других обстоятельств шаг спирали и ряд ее характеристик могут существенно меняться.

        Впоследствии  Уотсон и Крик публично признали, что не смогли бы построить свою модель ДНК без этого снимка Розалинды Франклин. Правда «щелкнуло-то» все же не у неё, а  у Уотсона. Но вот какая загадка. Если верить ученым, изучающим историю науки, Розалинда еще в публикации 1951 года настаивала на том, что ДНК имеет структуру в виде спирали с основаниями внутри и остовом снаружи. То есть за два года до Крика и Уотсона предвосхитила пункты 2 и 3 их модели. А в 1953 году, до знаменитых статей в NATURE, поняла, что нить ДНК состоит из двух цепочек. Вероято, Розалинда могла бы построить модель ДНК раньше Уотсона и Крика.  Но не построила.  Почему?

        Бренда Мэддокс назвала Розалинду «темной леди ДНК». Тут явно проглядывает ассоциация с загадочной «смуглой леди» шекспировских сонетов. Многое в научной деятельности Франклин 1950-1953 годов остается невыясненным. Но ясно, что она работала больше как физик, а это отодвигало на второй план биологическую сторону изучения ДНК- именно то, что могло прояснить особенности физических конструкций.  А Крик и Уотсон счастливо соединяли в себе знание физики, биологии и химии.

         Впрочем, в 1962 году она тоже получила бы Нобелевскую премию - если б была жива.  Но она умерла в 1958 году от рака, возможно, вызванного многократным рентгеновским облучением.

       После статей о структуре ДНК в апрельском номере NATURE Розалинда ушла из Кигз-колледжа, где пережила столько неприятных минут. На новом месте она занялась изучением вируса табачной мозаики. Со свойственной ей дотошностью Франклин исследовала все физико-химические особенности РНК и белков этого вируса. Результаты ее пятилетней работы имели столь важное значение, что на их основе возникла новая наука- молекулярная биология.

       Когда ей объявили страшный диагноз, она не испугалась, потому что искренне верила: пока болезнь развивается, наука найдет средство борьбы с ней. Она прошла курс химиотерапии в Кембридже, фактически поселившись в доме Крика, с семьей которого сдружилась после 1953 года.  Но и научную работу, и свой маленький коллектив она не оставляла. Последний раз Розалинда Франклин появилась в своей лаборатории за три недели до смерти.

     В конце марта 1958 года ей пришлось лечь в больницу.  Излюбленной темой ее бесед была модель вируса табачной мозаики, которую должны были выставить на всемирной выставке в Брюсселе.

      16 апреля выставка открылась.  В тот же день Розалинда Франклин умерла.  Ей было неполных 38 лет.

Елена Владимировна Гольченко,
врач

Материалы по теме: Розалинда Франклин

Невоспетая героиня науки

История изучения ДНК