866

Исповедь толстушки

Исповедь читательницы сайта "красоты много не бывает"

Дело в том, что бабушка моя - знаменитый в городе гинеколог, творившая чудеса. В ответ благодарные пациенты несли традиционные в таких случаях подарки - конфеты и (реже) спиртное. И если последнее для меня интереса не представляла, то шоколадные наборы я поедала с удовольствием. Даже в начале 90-х годов, когда многие из моих подруг видели шоколад только по праздникам, да и то не по всем, наличие бабушки-профессора позволяло мне уплетать его за обе щеки практически каждый день.
Годам к 6-7 девочка Люша, то бишь я, превратилась в неповоротливую коровку. Тут начала действовать бабушка-педагог, подыскав для меня секцию танцев. На бальные меня не взяли, как я подозреваю, из-за отсутствия подходящего партнёра. Но для народных - что-то типа основ балетного мастерства, аэробики и непосредственно фольклорных танцев - я подошла. Не берусь судить, но, по воспоминаниям мамы, трезво относящейся к любимому чаду, зрелище было уморительное. Поэтому спустя год после начала занятий я их благополучно покинула, приобретя, правда, какие-то зачатки грации (которые, впрочем, так же быстро и растеряла) и слегка похудев.
Вот иногда думаю: а не сложилась ли вся моя жизнь по-другому, останься я в ансамбле?
Но здесь Люша пошла в школу и, дабы не загружать ребёнка, о всяких там танцах и думать забыли. Бабушка-педагог, выйдя на пенсию, посвятила себя любимой внучке, в частности её духовному (за что я ей очень благодарна) и физическому развитию. Впрочем, что касается физического развития, главной задачей бабушки, по-моему, было вылечить девочку (отнюдь не страдавшую нехваткой веса) от "дистрофии". Иначе и не объяснишь то количество еды, которым она меня пичкала, будучи совершенно уверена, что моя мама к своим тридцати тогда годам так и не научилась готовить. Причём, что интересно, воспитательный пыл не распространялся на моего младшего брата.
Кстати, о брате - он тоже мне, сам того не ведая, очень "помог". Когда мама, увидев, что Люша как-то исподволь с каждым годом всё толстеет и толстеет, она решила принять меры и начала прятать конфеты. Глупо, очень глупо с её стороны было думать, что человек, прочитавший почти всего Конан Дойля и половину Агаты Кристи (хлебом не корми - дай почитать, хотя насчёт хлеба я, конечно, загнула), не сможет найти несчастные конфеты, бездарно и без выдумки прятавшиеся в шкафу или за стиральной машиной! Вот тут-то и пригодился брат - ясно же, что это он конфеты съел - что с него взять, ребёнок...
Так и текла моя жизнь - отличница в школе, бессменная староста-активистка, страстный книгочей и конфето-морожено-колбасо(недостающее вставить)люб. Нечастые попытки похудеть ни к чему конкретному не вели и, как правило, не шли дальше отвлечённых планов и мечтаний.
Но тут произошло целых 2 события, резко поменявших мою жизнь. Первое - вполне закономерно начавшийся в 12 лет переходный возраст. Второе - переход в 7 классе в элитную школу. Не буду описывать мой первый год там, но, поверьте, он был очень нелёгким, учитывая специфический контингент детей, там обучавшихся. Повлияло это и на мой характер, превратив уверенную в себе веселушку Люшу в замкнутую, чего-то боящуюся девочку. Сразу же начались ссоры, причём ссоры дикие и яростные с мамой. Временами мы друг друга ненавидели.
Впрочем, всё это в результате сыграло положительную роль - ухудшившиеся отношения с матерью часто оставляли меня без ужина - исключительно по моей собственной воле - для мамы нет оскорбления страшнее, чем отказаться есть что-то ей сготовленное - отсюда в семье появилась чуть ли не пословица - "На еду не обижаются".
Кроме этого, необходимо было как-то завоёвывать авторитет в новой школе. Мои отличные знания и старательность не очень-то и ценились, тем более, что нашлись ребята и не глупее меня, а многочисленные таланты "безумно неординарного ребёнка" признавать не спешили (впрочем, после всё же признали, хоть и не все. Это я так, что б самолюбие потешить:)). Как поступали в этом случае другие - выделялись одеждой. Вот одна из потрясающе безвкусных, но ужасно модных в то время среди семиклассниц юбок как раз и послужила стимулом для моего первого похудательного рывка. Однако главную роль в моём довольно-таки сильном похудании тогда сыграл мальчик Петя, который не на шутку в меня влюбился и внимание которого было очень приятно, давало иллюзию принадлежности к взрослой жизни, и терять его так не хотелось.
Не знаю, сколько весила до того, но к концу 7-го класса вес мой составлял кг 53-53, что безумно меня расстраивало, потому что по сравнению с миниатюрной подружкой, на 2 головы меня ниже, весившей тогда 49 кг, я казалась самой себе чуть ли не коровой.
Однако 7 класс был благополучно закончен, и - опять 2 важнейших события - во-первых, в другую школу переходит мальчик Петя, во-вторых, в самом начале 8-го класса - переезд в другую квартиру и ремонт - меня отправляют жить к бабушке на 2 месяца, в течение которых раскармливание идёт полным ходом. Но это не так уж сильно и сказалось на весе - как-то мне так "повезло", что именно этот класс попал на то время, когда ещё не приняли закона о защите каких-то там прав учащихся, и учились мы 6 дней в неделю по 7-8 уроков каждый день.
Но в результате за следующие год-два я плавно подошла к 60 кг веса. И тут в моей жизни появилась Инна.
Инна - человек уникальный, ей и завидовать как-то неудобно. Мама-папа никогда не читавшие ничего, кроме "Экспресс-газеты", а Инка так проанализирует картины импрессионистов, что Мишина бабушка-искусствовед не сделает лучше, а над её сочинениями плакала литераторша. Но если с успехами в учёбе смириться я ещё как-то могла - сама такая же - где-то хуже неё, а кое где и лучше, то её авторитет в классе, активная общественная деятельность, а тем паче популярность у противоположного пола меня просто доконала. Вот так и жила я следующие 2 года, до окончания школы, раздираемая любовью-ненавистью.
Инка-то и заставила меня углубиться в вопросы фигуры, она с завидным упорством, во всём ей присущим, постоянно приводила себя в норму, бегала на аэробику, голодала, устраивала разгрузочные дни. Результатом стали не только 5 сброшенных кг, но и гастрит. Мои же страдания по похуданию так далеко не заходили, но какие-то попытки предпринимались (уж сколько книг прочитала!!! - в этом деле я всегда была сильна). Однако они как-то пошли на убыль к концу 11 класса, и если весной я ещё держалась за счёт долгих прогулок с одноклассниками, то усиленная подготовка к выпускным экзаменам, сопровождавшаяся чередой праздников - начиная с 1 мая и заканчивая моим и маминым днями рождения - привела к тому, что в выпускное платье мне пришлось втискивать уже 72 своих килограмма.
Эти 72 килограмма к концу первого семестра на родном инязе под влиянием острой депрессии из-за неудовлетворённости выбором профессии, отсутствия критического мужского взгляда, уехавшей в МГУ Инки и наличия латинского языка в слишком больших количествах плавно превратились в 80 мировых эквивалентов.
Мама, отношения с которой значительно улучшились, превратившись чуть ли не в идеальные, впервые как-то задумалась о том, что неплохо бы и к доктору. Уж не знаю, что на меня больше повлияло - умнейший ли врач, прописанные ею уколы, мама (по иронии судьбы гинеколог-эндокринолог - вот уж воистину сапожник без сапог) с бабушкой, шепчущиеся о чём-то, или собственный вид в зеркале, но худеть я начала. Мало того, тут-то и произошло поистине эпохальное для меня событие - я пошла на аэробику!!! Сколько лет лишала я себя этой непередаваемой радости движения, ритма. Танца, ощущения силы, легкости и гибкости!!! Что ж - к концу зимы - уже 73 кг, а летом - 67.
Весь 2-й курс так и было около 70, а вот летом - "случилось страшное"!!!
2 месяца я провела в США. Первые пару недель начала худеть, но затем тяга всё попробовать взяла своё, да и ведь если купишь не одну, а две коробки печенья, то скидку получишь - почти халява!!! Но и это бы закончилось, если бы не ещё один факт - все эти 2 месяца я прожила в обществе, где были юноши, причём не просто юноши, а юноши, активно на меня обращавшие внимание и считавшие меня первой красавицей!!! Но вот разрыв с одним из таких юношей и привёл меня к новому витку обжорства (будь я кришнаиткой, считала бы, что в прошлой жизни была в числе "голодающих Поволжья"), а оставшиеся верными поклонники продолжали твердить о моей удивительной красоте:), несмотря на "беременный" животик, попины уши, которым может позавидовать и Чебурашка, невообразимых размеров часть тела, любовно называемая любимой подругой "задним фейсом", и щёчки, делающие меня чем-то похожей на откормленного хомячка. Такой я и приехала в Россию, привезя с собой, помимо статуй Свободы и американских флагов в подарок, 80 кг живого веса.
И тем не менее, о днях, проведённых в США, я не жалею хотя бы потому, что они научили меня в ответ на комплимент: "Ты такая красивая", с достоинством отвечать: "Спасибо, я знаю" и одаривать собеседника лучезарной улыбкой.
Только вот не очень-то приятно теперь объяснять каждому, кто считает нужным спросить: "А ты знаешь, что очень поправилась?", что я это уже заметила. Ещё менее приятно пытаться влезть в любимые вещи, ломая замки, но не добиваясь успеха. Уж не говоря о том, что мама собственноручно отвела меня на кодирование, которое что-то не очень помогает.
Но я знаю, что смогу снова похудеть (уже ведь не 80, а 76), но сделаю это не чтобы нравиться другим, а лишь (признаюсь, лукавлю) потому, что моему такому прекрасному телу тяжело под лишним грузом жира. А в остальном... Ну я ведь знаю, что очень красивая, разве имеют какое-то значение лишних 10-20 кг?
Вот только доем колбаску и ту конфетку попробую... 

Материал взят с сайта "Красоты много не бывает"

Так же вы можете прочитать о интересных случаях попыток похудения здесь.