Про рыжую Таюшку. часть 3

 Мама замолчала.

-      А дальше? — нетерпеливо поинтересовалась Таюшка.

-      А это всё, моя дорогая, — улыбнулась мама. — Конец сказки.

-      Мам, а Настенька вернётся к бабушке?

-      Может быть, и вернётся... — уклончиво ответила мама, выходя из комнаты. — А теперь спи.

Утром Таюшка проснулась оттого, что дядя Коля громко разговаривал с мамой.

-      Света, мне сказали, что обязательно нужны родственники, так что тебе тоже придётся ехать вместе со мной.

-      Да конечно, Николай, я поеду, отпрошусь на работе и поеду, — тут же согласилась мама.

-      Ну, тогда в воскресенье выезжаем. В общем, Света, чтобы к утру в воскресенье была готова, — приказал дядя Коля.

-     Мама, а вы куда поедете? — закричала Таюшка, соскакивая с постели.

-     Очень хорошо, что ты встала и услышала наш разговор, — сказал дядя Коля.

-     Я ненадолго уеду с дядей Колей, по очень важному делу, а ты, Таюша, останешься у дяди Леши и тёти Юли. А то тётя Люда одна с вами всеми, непоседами, не справится, — пояснила мама.

-     Ну, Таюшка, будь умницей, не упрямься, — попросил дядя Коля. — Света, может ей все-таки сказать?

-      Да что ты, Николай! — Мама испуганно замахала руками. — Неизвестно, что моя доченька выдаст. Её реакции порой трудно предвидеть...

-      Ну, Таюшка, немножко потерпи, скоро ты всё узнаешь. — Дядя Коля потрепал уже навострившую ушки Таюшку по встрёпанным со сна волосикам и ушёл.

Мама засобиралась на работу и всем своим видом показывала, что не стоит приставать к ней с расспросами, всё равно она ничего не скажет. Таюшка, спросонья покладистая, не стала приставать к маме. Она с удовольствием съела сырники, напилась чаю и, по-быстрому одевшись, выбежала на улицу. Летел первый снежок и тут же таял. Было сыро, да ещё дул холодный ветер. Малышей на улице не было, только школьники торопились в школу.

-      Эй, малявка, Тайка! Куда бежишь? — запыхавшись, догнал её толстый Борька.

-      Ну чего тебе? — обернулась Таюшка, недовольная обращением "малявка".

-      Потолковать надо, — важно сказал Борька. — Ты знаешь, куда едет твоя мама с моим папой?

-      Знаю только, что едут и по важному делу. А по какому делу, они мне не сказали, — обиженно засопела Таюшка.

-      Странно: почему они этого тебе не сказали?

-      А что они мне не сказали?

-      Не сказали, значит, не захотели!

-      А что они мне не захотели сказать? — пристала к Борьке Таюшка и ухватила его за кожаную полу куртки.

-      А ты им не скажешь, если я тебе по секрету скажу?

-      Скажи, Борьчик, клянусь тебе, что ни за что никому не скажу, — поклялась Таюшка.

-      Твой папа нашёлся. Пришло письмо из Красного Креста: твой папа сбежал из плена и сейчас он весь израненный находится в госпитале. Вот они и поедут за ним, — сказал Борька и тут же пожалел об этом, потому что Таюшка, крича "папка, папка, папка!!!", понеслась к своему подъезду так, что только пятки засверкали.

Борька припустился за ней, но толстому мальчишке не удалось догнать шуструю прыткую девочку. Таюшка влетела в квартиру с воплем:

-      Мама, папка нашёлся! — У мамы даже тарелка выпала из рук.

-      Да, он нашёлся. Он лежит в госпитале, очень болен. Мы с дядей Колей туда поедем и заберем нашего папочку, — спокойно, насколько это у неё получилось, сказала мама. — Ну всё, Таюша, подробности потом, мне уже пора на работу.

-      Я тоже поеду за папочкой! — И Таюшка стала торопливо вытаскивать из шкафа своё барахлишко и упихивать в пластиковую сумку.

-      Нет, ты никуда не поедешь, — строго сказала мама, — ты будешь ждать нас здесь и поживёшь у дяди Лёши и тёти Юли.

-      Нет, я тоже поеду за папой, я сама его привезу, — заверещала Таюшка, — я сама буду за ним ухаживать!

-      Конечно, ты будешь мне помогать ухаживать за больным папой, но только тогда, когда мы привезем его домой. — В мамином голосе зазвучали суровые нотки.

-      Нет, я поеду к нему и сама привезу его сюда! — заревела Таюшка и, хлопнувшись на пол, зашлась в рёве.

Мама подняла её, нашлёпала по попке и поставила в угол. Тут раздался звонок в дверь, и мама пошла открывать. На пороге стоял взбудораженный Борька.

-      Тёть Свет, это я сказал Тайке, что её папа нашёлся. Хотел ее порадовать. А она разоралась и понеслась как сумасшедшая. Я ей по секрету, а она тут же побежала вам докладывать. Теперь мне от моего папы попадёт, — шмыгнул носом Борька.

-      Заходи, Боря, и посмотри на мою капризную рёвушку-коровушку. И не волнуйся, Боренька, я скажу Николаю, что ты не виноват, он не будет тебя ругать. Вот только моей дочери никогда больше не доверяй секретов: ей же ничего нельзя доверять, потому что она глупая, бестолковая и всегда тебя предаст, — предупредила Таюшкина мама.

Таюшка притихла в углу. Ей стало жалко маму и стыдно, что она предала Борьку. Она же поклялась, что никому не скажет, — и тут же всё выболтала... А ведь она уже не маленькая. Вдруг папка узнает, что она предательница, и не захочет такую дочь! — испугалась Таюшка.

-      Мамочка, вы с дядей Колей поезжайте за папой, а я вас здесь подожду, — смиренно произнесла Таюшка, выбежала из угла и уткнулась матери в колени. — Прости меня мамочка, я ведь тоже люблю папу. И Борьку я больше не буду предавать.

Тут в дверь снова зазвонили: зашёл дядя Коля. Увидев сына, он удивлённо поднял брови:

-      Борис, ты почему не в школе?

-      Не ругай его, Николай, он не в школе из-за моей Таюши, — заступилась Таюшкина мама.

-      Что ещё стряслось?

-      Да мы тут опять раскапризничались, — ответила за Таюшку мама. — А Борис у нас джентльмен, бросился выручать мою капризулю и поэтому опоздал в школу.

-      Дядя Коля, я больше не буду капризничать и предавать Борьку, — сказала Таюшка и низко опустила голову.

-      Замечательно! Ну, раз всё в порядке, тогда марш в школу, Борис. А нам, Света, надо поговорить, — сказал дядя Коля и показал глазами на Таюшку.

-      Можешь говорить при ней, она уже всё знает. Ураган в стакане закончился, — засмеялась мама.

-      Так из-за этого весь сыр-бор разгорелся? — возмутился дядя Коля. — Вот что, Таисия: пока твоего отца здесь нет, я буду сам заниматься твоим воспитанием. И если я ещё раз увижу, что ты расстраиваешь маму, то буду тебя наказывать, так же, как наказываю Бориса. Ну, а приедет твой отец, он сам будет с тобой разбираться. — И отвернувшись от озадаченной Таюшки, обратился к маме: — Итак, Света, мы тут с Лёхой потолковали и решили, что Витьку будет приятно сразу же попасть в свою собственную квартиру. Витькова квартира уже свободна: законный родственничек как узнал от адвоката Гротова, что ему грозит за незаконное вселение, так мигом собрал свои манатки и съехал. Так вот: мы решили перевезти вас туда прямо завтра. За переезд не беспокойся, мы всё перетащим сами. Так что бери сегодня отгул на работе и собирай вещи. И сегодня же надо оформлять проездные документы. Для въезда в ту зону нужно особое разрешение, я уже заказал его.

-      А мы успеем всё сделать? И документы оформить и переехать? — засомневалась мама.

-      Управимся! — твёрдо ответил дядя Коля. — У вас мебелишки-то с гулькин нос, вас перевезти — раз, два и готово.

-      Ну, не так уж "с гулькин нос", — возразила мама и стала деловито перечислять: — Шифоньер, книжный шкаф, диван, кроватка, стол, стулья, да ещё кухонное...

-       Всё это спокойно влезет в одну машину, да ещё там куча места останется. Так что хватит одной ездки. В общем, не теряйте времени даром, девушки, и начинайте паковать вещички.

Мама, помявшись, согла­силась. Дядя Коля ушёл. Мама тоже заспешила на работу.

-      Таюшка, пока я на работе, собери-ка все свои игрушки, мы завтра переезжаем в папину квартиру. Слышала, дочка?

Таюшка уверенно кивнула головой. Мама ушла, а Таюшка бросилась складывать в ящик свои игрушки. Собрала всё, вот только Рыжик никак не хотел ложиться в ящик. Вечером пришла мама, и они вместе стали упаковывать чемоданы. Потом пришли помогать тётя Люда и тётя Юля: они собрали все бельё в узлы и связали их. После окончания сборов мама с Таюшкой заснули как убитые.

 

***

 

Утром их разбудило нетерпеливое треньканье входного звонка. Мама, ещё сонная, накинув халатик, пошла открывать. В квартиру ввалились сразу трое мужчин.

-      Ну, девушки, готовы? Всё собрали? — спросил дядя Коля. — Машина уже прибыла. Пока мы будем таскать тюки, вы уж, пожалуйста, оденьтесь, да потеплее, на улице холодрыжник.

Мужчины сразу взяли все узлы, потом пришли грузчики за мебелью. Мама с Таюшкой поспешно оделись, прихватили лёгкую поклажу и спустились во двор. Там их посадили в дядь-Колину легковую машину, потому что грузовая с мебелью и тюками уже отъехала. Когда они подъехали к папиному дому, там заканчивали разгрузку грузовика, а большая часть вещей уже была внесена в квартиру.

-      Мама, а Рыжика-то забыли! — спохватилась Таюшка и заревела.

-      Эх ты, хозяйка, — сказал дядя Коля, улыбаясь, — а это кто спит у меня на коленях?

Таюшка посмотрела и радостно воскликнула: "Рыжик!" Испуганный Рыжик проснулся, приоткрыл глазки-щелочки, зевнул, обнажив розовый язычок, потом снова спрятал нос в шёрстку и задремал.

Они вошли в папину квартиру. Там хозяйничали тётя Люда с какой-то девушкой.

-      Света, не обижайся, что мы тут без тебя покомандовали. Мы всё рассортировали и расставили, а дальше вы уж сами всё разложите и приберете. Оставляю вам в помощницы свою домоуправительницу Галочку. Вещей у вас, правда, негусто, но все-таки пусть Галочка поможет, а я побегу в свою клинику.

Таюшка залезла на подоконник. Там же примостился и Рыжик. Таюшка увидела, как из окна соседнего дома кто-то машет ей руками. Пригляделась: то был Борька. Таюшка показала ему в окно Рыжика. Борька ей тоже что-то показывал, что-то белое в черных пятнах. "Дух!" — поняла Таюшка.

-      Мама, у Борьки Дух нашёлся! — радостно закричала она.

Мама подошла к окну и помахала Борьке рукой. Тот тоже изобразил что-то вроде приветствия.

-      Пойдём, дочка, помоги мне убрать бельё, — велела мама. — Покажи, какая ты хозяйка.

-      Светлана Николаевна, а сколько вашей дочечке лет? Наверно, уже в школе учится? — спросила отряженная в помощь Галочка.

-      Да нет, ей всего шестой год.

-      Рослая-то какая! — восхитилась Галочка. — Высокая будет, как фотомодель.

-      Это точно: вытянется как жердь, — усмехнулась мама.

Они убрали бельё, потом стали раскладывать вещи. Квартира постепенно принимала жилой вид, и видно было, какая она уютная и как добротно сделан ремонт.

-      Это всё Николай! Он прихорашивал эту квартиру! Представляете, за три дня с ремонтом управились! — с гордостью сказала Галочка.

-       Таюша, теперь можешь пойти погулять, — сказала мама, когда они все прибрали.

И Таюшка, наскоро одевшись, помчалась на улицу. Там её ждал Борька со своим щенком. Крупный мускулистый щенок, несмотря на окрики хозяина "Стоять!", без конца подпрыгивал и крутил мордой в разные стороны.

-      3дорово! Хочешь поводить Духа? — помедлив, предложил он.

-      Хочу! — с готовностью откликнулась Таюшка. Однако, несмотря на заманчивое предложение, она чуточку трусила, особенно когда Дух воинственно обнажал острые клыки. — А он меня не укусит?

-      Я же здесь буду, — покровительственно сказал Борька. — Вообще-то Дух девчонок не кусает.

Таюшка взяла поводок и потянула щенка. Но сильный Дух вместо того, чтобы послушаться Таюшку, потащил её в другую сторону.

-      Дух, Дух! Пойдём со мной, — пыхтела Таюшка, пытаясь притянуть пёсика к себе.

Но Дух залез под скамейку и так запутал поводок, что Таюшке пришлось звать Борьку на помощь.

-     Борька, ой, он сейчас убежит! — завизжала Таюшка.

Щенок испугался и так рванул поводок, что затащил Таюшку под скамейку, а сам вырвался и помчался к Борьке. Борька взял Духа за ошейник и, глядя в преданную собачью морду, что-то строго выговорил ему. Таюшка, пыхтя, вылезла из-под скамейки. Борька подошёл и помог ей отряхнуть курточку.

-     Ты больше не визжи, если держишь Духа, — важно изрёк Борька, — он боится, когда визжат.

-     А чего он меня потащил? — обиделась Таюшка.

-     Просто он тебя ещё не знает, — примирительно сказал Борька, — ты для него вроде как чужая. Но он привыкнет к тебе и будет принимать за свою.

Потом они вместе прогуливали Духа. Таюшка убегала от Духа, тот настигал её и клал на неё свои когтистые лапы, было чрезвычайно смешно. Затем они с Борькой вместе убегали от Духа, а тот их догонял.

Когда Таюшка вернулась домой, мама сказала ей:

-     Таюша, может, ты сегодня пойдёшь к дяде Лёше ночевать? А то всё это время мне будет ужасно некогда в связи с этими оформлениями, я буду приходить домой совсем усталая.

-      Не-е-ет, мамочка, я хочу последние деньки побыть с тобой, — захныкала Таюшка.

-      Ну хорошо, останься со мной по субботы, — согласилась мама.

 

***

 

Два дня, что оставались до субботы, пролетели незаметно. И вот настала эта самая суббота. Таюшка уже успела примириться с мыслью, что мама уезжает, и успокаивала себя тем, что мама уезжает ненадолго и вернется уже с папой.

Субботним утром мама торопливо разбудила её:

-      Таюшенька, вставай, я бегу получать документы, а ты позавтракай и иди погуляй, а вечером пойдёшь уже к дяде Лёше. Поняла?

Таюшка кивнула в знак согласия. Она поспешно выпила чай, поделилась с Рыжиком омлетом и, схватив куртку с шапкой, помчалась на улицу. Там она увидела принаряженную Маришку: в бархатном беретике с помпоном, в завязанном пышным бантом шёлковом шарфике и в замшевых сапожках.

-      Маришка, привет! — догнала её Таюшка. — Куда идёшь?

-      Ой, Тайка, в цирке сегодня дневное представление, в три часа начало, я на него иду!

-      Ух-ты! Я тоже хочу в цирк! Пока мама не ушла, мне надо попросить у неё денюжку! — И Таюшка побежала домой.

Мама уже стояла одетая и собиралась выходить, когда влетела запыхавшаяся Таюшка.

-      Мам, дай денюжку!

-      На что тебе денежка? — удивилась мама.

-      Маришка идёт в цирк на дневное представление в три часа, и я тоже хочу.

-      Вот тебе деньги на билет в цирк и на два мороженых: тебе и Маришке, — вытащила мама из кошелька деньги. — Положи в карман и не потеряй.

Таюшка, заполучив деньги, вихрем унеслась на улицу и помчалась догонять Маришку и договариваться пойти в цирк вместе. Они условились, где встретятся, немного прогулялись, и Таюшка пошла обедать к дяде Лёше. Вовки дома не было.

-      Он, наверно, у Сагиновых, — сказал дядя Лёша. — Давай, я их с Борей позову, вместе пойдёте в цирк.

-      Зачем нам мальчишки? — заупрямилась Таюшка. — Мы с Маришкой отлично сходим в цирк и без них.

-      Ну, смотрите. И строжайше тебе наказываю: к пьяным не лезь и к старшим пацанам тоже не смей подходить. Поняла?

Таюшка понимающе кивнула и ускакала на улицу. Там они немного побегали и, спросив у прохожего, который час, отправились в цирк. Посмотрев представление, они вышли на улицу, смешавшись с толпой других ребятишек. Было ещё светло.

-      Маришка, побежали по тропинке: посмотрим, куда она ведёт, — предложила предприимчивая Таюшка, показывая на пустырь, начинавшийся за цирком.

-      Ой, Тайка, мне что-то страшно туда идти, — призналась Маришка.

-      Если ты боишься, то я пойду одна. А ты ступай домой, — сказала неугомонная Таюшка, бегом пересекла пустырь и нырнула в переулок, узкий и тихий.

-      Вот видишь, ничего страшного, тут и нет никого, — подбадривала она таки увязавшуюся за ней Маришку.

Они уже могли благополучно выйти из переулка, как вдруг услышали, что где-то неподалеку жалобно заскулила собака.

-      Собачка плачет, — остановилась Таюшка.

-      Ой, Тайка, пойдём, я боюсь, — прошептала Маришка.

Но Таюшка не двинулась с места. Прислушавшись, откуда доносится скулёж, она свернула в крохотный проулок. И тут снова заскулила собака, и этот скулёж постепенно перерастал в душераздирающий вой. Таюшка побежала на этот вой. Проулок кончился, и она оказалась возле небольшого больничного садика, огороженного низким деревянным штакетником, а напротив высились безоконные стены складских помещений. Место было глухое, здесь хоть и закричишь, никто не услышит. Дальше Таюшке идти не пришлось: она уже увидела, кто воет: к штакетнику за шею верёвкой прицеплена махонькая собачонка. Собачонка, вытянувшись во весь рост, стояла на задних лапах, и верёвка даже не давала ей возможности никуда отвернуться. А три здоровых пацана забавлялись тем, что швыряли в собачонку камнями.

-      Смотри, я сейчас попаду в шавку, — сказал один и швырнул камень, но камень попал в штакетник.

-      Эх ты, мазила, — заржал второй пацан. — Вот я сейчас точно попаду!

И он, прицелившись, швырнул камень. Камень попал несчастной собачонке в глаз. Глаз сразу же налился кровью.

-      Уйя! Прямо шавке в глаз! Вот это попадание, первый разряд, ур-р-ра! — раскатисто закричал третий пацан и жизнерадостно запрыгал. — А сейчас я попробую.

И он швырнул камень, который угодил собачонке в ухо. Из ранки потекла струйка крови. А через минуту на беззащитную собаку обрушился целый град камней: пацаны начали буквально расстреливать бедное животное.

Таюшка завизжала, что есть мочи:

-          Что вы делаете?! Остановитесь!!! Не смейте!!!

Но пацаны не обратили на неё ни малейшего внимания.

Тогда Таюшка резко рванула с места, подбежала к собачонке и закрыла её собой. Один из пацанов пытался оттащить её, но Таюшка крепко вцепилась обеими руками в штакетину. Тогда в неё тоже полетели камни. Один попал ей в голову, и она почувствовала, как по щеке и шее потекло что-то тёплое, закапало вниз, а на земле быстро расползлось тёмное пятно. Второй камень пребольно ударил её в плечо, и она потеряла сознание...

 

***

 

Таюшка открыла глаза, и незнакомая белая комната сразу же качнулась и поплыла. Над ней склонился усатый врач, и его лицо тоже поплыло куда-то в сторону.

-      Как себя чувствуешь, милая барышня? — спросил врач.

-      Где мама? — еле разлепив губы, с трудом выговорила Таюшка.

-      Сейчас позову тебе тётю Люду, — заторопился врач, но тётя Люда сама уже входила в палату.

-      Ну что, Таюша, очнулась? Как ты себя чувствуешь? Голова болит?

-      Болит. А где мама?

-      Мама скоро придёт. Таюшка, а где у тебя ещё болит? — допрашивала тётя Люда. — Спина болит?

-      Всё болит, — заплакала Таюшка.

-      Ну, только не плачь, всё твои бобошки скоро пройдут.

Тут в палату вошли ещё три человека в белых халатах и начали тихо переговариваться. Они ещё раз осмотрели Таюшкины голову и спину, наложили свежие повязки, подключили какие-то проволоки к голове, рукам и груди и ушли. Таюшка всё это мужественно перетерпела, но когда принесли капельницу, то пе­репугалась и застонала. Зашла тётя Люда.

-      Таюша, в чем дело?

-      Что это? Я боюсь.

-      Таюша, да это просто капельница, тебе будут капать лекарство, — растолковала тётя Люда. — Ты же не пожелаешь пить горькое лекарство, вот его и накапают тебе прямо в венку. Будет чуточку больно, совсем чуть-чуть. Ты закрой глаза, чтобы не было страшно.

-      А мама придёт?

-      Конечно, придёт, — заверила Таюшку тётя Люда. — Ну-ка, закрой глазки. Вот видишь, какая ты молодец. И совсем не больно, правда?

Но Таюшка, открыв глаза, увидела воткнутую в руку большую иглу и застонала ещё громче. Тётя Люда нагнулась над Таюшкой, погладила её, поцеловала в конопатый носик, а тем временем медсестра взяла шприц и ввела лекарство в прозрачную трубочку капельницы. И Таюшка снова уснула.

Проснулась она, когда уже наступил вечер. Две нянечки развозили ужин на скрипучих каталках. К Таюшке зашла тётя Юля в белом халате.

-      Ну что, Таечка, будешь ужинать? — спросила она.

-      Где моя мама? — пролепетала Таюшка.

-      Как, ты разве не помнишь, что сама отпустила маму с дядей Колей Сагиновым съездить по очень важному делу? — удивлённо спросила тётя Юля.

Таюшка сморщила лобик и силилась припомнить: да, кажется, она действительно куда-то отпустила маму. И Таюшка понимающе похлопала ресничками.

-      Вот видишь, всё вспомнила, — обрадовалась тётя Юля. — А теперь давай-ка поужинаем. Я тебя напою клюквенным морсом, накормлю бульончиком с курочкой, и побегу кормить Вовку с дядей Лёшей. А то они меня проглотят, причём в один присест, если я вовремя не обеспечу им питание, — пошутила тётя Юля.

Таюшка залпом выпила весь морс, а вот бульону скушала только четыре ложечки, больше не хотелось. А от вида варёной куриной ножки даже чуточку затошнило.

-      Тётя Юля, а мама давно уехала? — спросила Таюшка.

-      В воскресенье, а сегодня у нас среда, — ответила тётя Юля.

-      Это я так долго спала? — удивилась Таюшка.

-      Тебе укольчики ставили, чтоб ты спала, — сказала тётя Юля и вышла.

Таюшка лежала и усердно вспоминала. Она помнила, что отпустила маму, только вот зачем? Этого она решительно не помнила.

В палату заглянул усатый врач:

-      Ну, как дела, милая барышня?

-      А когда вы меня домой отпустите? — ответила Таюшка вопросом на вопрос.

-      Да уж погости у нас ещё маленько, — попросил врач и, пожав Таюшкину ручонку, тоже вышел.

 

***

 

Через пару дней пришёл дядя Лёша. Он сел на стул возле кровати, крепко сцепив руки на коленях, окинул Таюшку каким-то непонятно рассеянным взглядом, сказал:

-      Знаешь Таюша, я теперь тебе не чужой человек, ты теперь моя кровная дочь.

-      Я папина дочка, — заупрямилась Таюшка.

-      И моя теперь тоже, — твердо сказал дядя Лёша и пояснил: — Когда ты в драке потеряла много крови, тебе перелили мою, благо у нас с тобой группы крови совпадают. Так что теперь ты моя кровная дочь. А теперь послушай, что я тебе скажу: с сегодняшнего дня ты не имеешь права одна, без меня, лезть в драку. Давай договоримся так: прежде, чем полезешь к кому-то драться, позовёшь меня, и мы с тобой посоветуе­мся, драться нам или нет. Поняла?

-      И даже с Вовкой?

-      Вовка не имеет права бить свою кровную сестру. Ну что, договорились, по рукам? — Дядя Лёша протянул свою большую ладонь Таюшке, и они крепко пожали друг другу руки.

 

***

 

Медленно и уныло потянулись больничные дни, особенно тоскливо было по вечерам, когда тушили свет. Таюшка тихонько плакала в подушку, чтобы её никто не услышал. Она очень сильно соскучилась по маме, ей уже казалось, что мама теперь никогда не вернётся. И зачем только она отпустила маму!

Однажды утром у Таюшки резко поднялась температура.

-      Ну-ка, Таюша, переставай плакать по ночам, иначе к приезду мамы ты не поправишься, — пригрозила ей тётя Люда.

-     А кто вам сказал, что я плачу? — удивилась Таюшка.

-      А вот этот компьютер, он нам всё про тебя рассказывает, — открыла тайну тётя Люда.

Теперь Таюшка опасливо посматривала на ябедничающий компьютер, стоящий посередине палаты, однако плакать перестала.

Однажды Борька ей принёс фотографии Рыжика. Такие забавные! На одной Рыжик был с выпученными как у совы изумлёнными глазами, а на другой старательно умывался лапкой.

-      И Клопик тебе большой привет передаёт, — сказал Борька.

-      Какой ещё Клопик? — не поняла Таюшка.

-      Ну, та собачка, которую ты спасла, — осторожно напомнил Борька, памятуя приказ лечащего врача не волновать Таюшку. — Клопик теперь живёт в подъезде у дяди Лёши, он ему там будку соорудил. Клопик теперь Вовку в школу провожает и из школы встречает.

-      А этот Клопик уже поправился?

-      Поправился. Мы с Вовкой за ним ухаживали. И Дух его признал.

-      Вот и отлично! — обрадовалась Таюшка. — Когда я поправлюсь, буду играть и с Духом и с Клопиком.

-      Ты, Тайка, больше не лезь одна к большим пацанам, и вообще ни к кому не лезь. Зачем тогда одна пошла? Надо было нас позвать, мы бы и в цирк вместе сходили и с теми подонками разобрались, что в Клопика камнями кидали, — назидательно сказал Борька.

-      Я не одна была. Мы с Маришкой были, — надулась Таюшка. — И вообще я не лезла к ним, я Клопика спасала.

-      Нашла себе заступника — Маришку! Да эта Маришка известная трусиха, она даже муравьёв боится, — хмыкнул Борька.

-      Ну и что, что муравьёв боится. Зато Маришка не бросила меня, даже когда вы с Вовкой меня били, — напомнила Таюшка.

-      Мы больше не будем тебя бить. Мы и тогда не хотели тебя бить, мы просто хотели забрать у тебя котёнка, потому что Дух не любит кошек, он бы погнался за ним, если б увидел, и сам бы попал под машину, и котёнка бы задавило, — оправдывался Борька. — Если бы я тогда знал, что ты дочка папиного друга, я бы ни за что тебя не тронул, я ведь тоже своего папку люблю, а твой папа когда-то его спас. Если твой папа найдется, я пожму ему руку, — солидно добавил Борька и вдруг, шмыгнув носом, предложил: — Давай больше не будем ругаться!

-      А ты будешь со мной дружить? — ехидно спросила Таюшка.

-      Мы все будем с тобой дружить, — сказал уклончиво Борька и вдруг застеснялся.

-      Ладно уж. — И Таюшка махнула рукой в знак согласия. Ей было приятно, что Борька так с ней разговаривает,

-      Хочешь, я тебе завтра Рыжика за пазухой принесу? — предложил Борька.

-      Вот здорово! — обрадовалась Таюшка.

Но наследующий день, когда Борька с Вовкой пришли в больницу, у них на входе сразу же обнаружили кота и не пропустили.

-      Так, Тая, чья это была выдумка, чтоб пронести сюда Рыжика? — строго спросила тётя Люда.

Таюшка хотела было выдать Борь­ку, но ей подумалось: "Разве папа предал бы дядю Колю?" И она дипломатично сказала:

-      Я по Рыжику соскучилась и попросила Борю принести его сюда. Извините, пожалуйста.

-      Ну, хорошо, можешь посмотреть в окно на своего Рыжика, вон Боря тебе показывает, — сказала тётя Люда.

Таюшка посмотрела в окно и увидела, что Борька обеими руками держит извивающегося Рыжика. День за окном был солнечный, и Рыжик казался огненно оранжевым.

-      Ой, он же сейчас убежит от Борьки, — испугалась Таюшка и незамедлительно заревела.

-      Не плачь, Таюша. Вот мама приедет, и тебя, наверное, выпишут, — пообещала тётя Люда.

-      А когда она придет?

-      Да уже на той неделе. И Рыжик твой никуда не убежит: Борис ему кошачий поводочек сделал.

-      Вот здорово! Теперь и я Рыжика буду выводить на улицу, — обрадовалась Таюшка.

А Борька взял за лапу Рыжика и помахал ею Таюшке, потом отпустил Рыжика на асфальт и повёл его домой. Рыжик потрусил за ним и был похож на лисичку.

Через два дня зашла очень весёлая тётя Люда и сказала:

-      Таюша, вчера звонила твоя мама, спрашивала про твоё здоровье и сообщила, что они приезжают на той неделе, предположительно в понедельник. Так что жди свою мамочку.

Таюшка так обрадовалась, что снова затемпературила, да ещё появился нервный тик. Пришёл усатый доктор, присел на краешек койки, положил свою мягкую прохладную ладонь на Таюшкины пальчики и сказал:

-          Ну-ка, милая барышня, ложись поудобнее и будем лечиться! Сомкни-ка ручки в замок, переплети пальчики... Вот умница! А теперь попробуй их разжать.

-      Не получается, — вздохнула Таюшка.

-      Ну, хорошо, — сказал доктор, — а сейчас ты увидишь интересный сон. Спи!

И Таюшка увидела много-много цветных шариков, и среди этих шариков гулял её огненный Рыжик и смешно ловил их лапой.

 

***

 

К воскресенью Таюшка начала вести себя поспокойнее, но усатый врач по-прежнему запрещал волновать её.

-      Приедут родители, и если она не узнает отца, то не стоит сразу говорить ей, что это её папа, она сама постепенно всё вспомнит, — предупредил врач медицинский персонал.

Наступил понедельник. Таюшка проснулась, выяснила, какой день недели, и тут же спросила:

-      Мама приехала?

-      Нет ещё, Таюша, не приехала, — сказала тётя Люда. — Но не сегодня, так завтра обязательно приедет.

И Таюшка отчаялась: ей опять стало казаться, что мама никогда не приедет, и ей снова стало жаль, что она её отпустила.

-      Если мама когда-нибудь вернётся, то я её больше никуда не отпущу, — поклялась Таюшка.

-      А ты не жди её так сильно, тогда она быстрее приедет, — советовали ей.

 

***

 

И вот в один прекрасный день, когда Таюшка ещё спала, она вдруг почувствовала, что мама сидит рядышком возле её постели. Таюшка даже боялась открыть глаза: "А вдруг это неправда, вдруг мамы совсем нет, вдруг она мне только кажется?" Но мама и в самом деле сидела возле её постели и увидела, как у дочки дрогнули реснички, и поняла, что та боится открыть глаза, чтобы не спугнуть видение. Тогда она наклонилась над дочкой и поцеловала её, и Таюшка, не открывая глаз, обвила мамину шею исхудавшими ручонками и горячо зашептала ей прямо в ухо:

-      Мамочка я тебя больше никуда не пущу.

-      А я больше никуда и не поеду, — сказала мама.

Мама взяла её на руки, и Таюшка, прижавшись к ней, ещё немного вздремнула.

-      Таюша, да проснись же ты, наконец, хватит уже спать, — разбудила её мама.

Таюшка открыла глаза, посмотрела на маму и запоздало залилась слезами:

-      Мамочка, почему ты меня оставила?!

-      Потому что мне надо было срочно уехать.

-      Ну-ка, Тая, прекрати упрекать маму, — сказала тётя Люда. — Её дядя Коля тогда еле-еле от тебя оторвал, она не хотела оставлять тебя одну в больнице, но ей надо было срочно ехать. Дядя Коля с большим трудом увёл её тогда отсюда.

-      Таюшенька, не сердись на меня, когда ты выздоровеешь окончательно, я тебе всё расскажу.

-      Ладно, мамочка, я больше не буду тебя обижать, я просто соскучилась, тебя так долго не было. — И Таюшка крепко-крепко обняла маму.

-      Всё у нас хорошо, дочка, — сказала мама, вытирая слёзы: и дочкины, и свои.

Тут Таюшка заметила за спиной у мамы незнакомого мужчину: он стоял и пристально смотрел на неё.

-      А это ещё кто? — Таюшка невоспитанно ткнула пальцем в направлении мужчины и насупилась.

-      Это?! Это... Это... Это дядя Витя, — сказала мама, растерявшись.

-      Какой ещё дядя Витя? — надулась Таюшка.

-      Лучший друг дяди Коли, — уточнила мама и почему-то закусила губу.

Дядя Витя посмотрел, усмехнувшись, на маму, и приблизился к Таюшке:

-      Ну здравствуй, Таюшка! Иди ко мне, я тебя подержу на руках, авось вспомнишь меня. Посмотри-ка на меня внимательно: может, ты меня уже где-то видела?

-      Нигде я вас не видела! — взвизгнула Таюшка и, вырвавшись из дядь-Витиных рук, поползла по постели к маме и как бы нечаянно пнула дядю Витю ногой.

-      Таисия, это что такое?! Дядя Витя воевал, весь израненный, а ты его лягаешь, бессовестная! У меня не дочь, а прямо какая-то глупая ослица! — обиделась мама.

-      А чего он сам лезет? — возмутилась Таюшка.

-      А ты посмотри на него внимательно: может, вспомнишь, кто это, — принялась уговаривать Таюшку мама.

Дядя Витя стащил Таюшку с маминых колен и взял к себе на руки, но та вывернулась и хотела снова уползти к маме. Дядя Витя снова её поймал и посадил к себе на колени, крепко прижав к себе. Таюшка пыхтела, пытаясь снова вывернуться, но у дяди Вити были крепкие руки.

Тут в палату вошли дядя Коля с дядей Лёшей. Таюшка так заорала, что мужчины растерялись:

-      Что здесь происходит? — удивленно спросил дядя Коля.

-      Да вот своё дитя никак не могу приручить, — горестно ответил дядя Витя.

-      А по-хорошему ты ей не можешь сказать, кто ты?

-      Медперсонал не разрешает волновать её, — расстроенно произнёс дядя Витя.

-      Ну всё, Витёк, если Таюшка тебя не признаёт, значит ты в нашу банду не годишься, — сказал, смеясь, дядя Лёша и шутливо посоветовал: — Надо, чтоб Светка прилюдно тебя из ложечки покормила, и тогда мы тебя, может быть, признаем.

-      Знаешь, Витёк, Таюшка ведь тебя даже на портрете, где ты десятиклассник, узнала, и так вцепилась в этот портрет, что сама тащила его до дома, — вспомнил дядя Коля. — Дайте-ка мне её сюда, а то бедного ребёнка уже всего измучили.

Дядя Витя ослабил руки. Таюшка только этого и ждала, она вывернулась и метнулась к маме. Тут в палату вошёл усатый врач:

-      Светлана Николаевна, пока что мы не можем выписать вашу дочку: надо её ещё понаблюдать. Вы сможете приходить сюда ежедневно на пару часиков? Ваша работа вам позволит? — обратился он к Таюшкиной маме. — Серьёзных органических повреждений у Таи нет, но она пережила сильный стресс. И никак не может отойти от потрясения. Да и уж очень она скучала без вас.

-      Да-да, конечно, я после работы прямо сюда. Но скажите, когда примерно её выпишут? У нас дома кошка, собака, да и муж мой вернулся не совсем здоровым, — поведала Таюшкина мама.

-      Ну, если до пятницы ничего худого не случится, то выпишем её в пятницу, — пообещал доктор.

-      Доктор, посоветуйте, как нам сказать ей про отца, — попросил дядя Коля. — Она упорно не узнаёт его, ну ни в какую не узнаёт, а волновать её нельзя. Может, вы как-то поможете нам?

-      Ну, с этим она сама справится, — заверил усатый врач. — Она бойкая девочка, не каждый ребёнок способен броситься под град камней. Храбрая рыженькая кроха, — уточнил он и ушёл.

-      Мамочка, разве у нас и собачка есть? — удивилась Таюшка, услышав краем уха взрослый разговор.

-      Да, у нас дома поселился Тайфун, большой и умный пёс, — сказала мама. — Мы же собирались завести собаку, вот и завели. Причем сразу взрослую и такую, чтобы могла охранять тебя на прогулках.

-      А вдруг этот большой пёс укусит Рыжика? — испугалась Таюшка.

-      Нет, Тайфун любит Рыжика, Рыжик теперь спит верхом на Тайфуне. И Тайфун будет присматривать за тобой, чтобы ты не лезла в драки, — пообещала мама. — И ещё: ко мне приехал мой муж, — робко добавила она.

-      Какой ещё муж? А мой папа куда пойдёт жить, когда найдётся? — От такой новости Таюшка даже рот открыла и тут же приготовилась обидеться на маму.

-      А ты посмотри на него внимательно, может, узнаешь в нём нашего папу, — увещевала мама, показывая глазами на дядю Витю.

-      Он лысый и старый, — заупрямилась Таюшка, — а мой папа с волосами и молодой.

-      Это он голову побрил, Таюшка, а так это мой настоящий друг Виктор Лужин, — подключился дядя Коля. — Я бы никогда не стал тебя обманывать, Таюшка! Ты присмотрись хорошенько. Даю слово, что это твой папа.

-      Не-е-ет! — упрямилась Таюшка. — Он с бородой, а у моего папы нет бороды.

-      Витёк, немедленно сбрей бороду, иначе родная дочь тебя так и не признает, — хохотнул дядя Коля.

-      Таюшенька, подвинься ко мне поближе. Видишь, сколько у меня шрамов, — сказал дядя Витя, — поэтому я сбрил волосы с головы и отрастил бороду. Одни шрамы надо ещё лечить, а другие уже можно закрывать, чтобы люди не пугались.

Таюшка боязливо приблизилась к человеку, преждевременно постаревшему в плену. А ведь этот человек столько лет всей душой стремился домой и весь свой плен мечтал ещё хоть разочек увидеть свою рыжую дочурку!

-      Вот, дочка, посмотри, что в моей бороде прячется.

Дядя Витя раздвинул бороду, и Таюшка увидела шрамы, много-много шрамов, и не только в бороде. Шрамы были по всему лицу, на голове, на руках, на шее. Таюшке стало жалко этого старого и лысого, и она принялась гладить шрамы своими пальчиками. Она гладила лицо, голову, руки дяди Вити, а у того из глаз потекли крупные слезы. Таюшка вытирала их своими тёплыми лапочками и приговаривала:

-          Не плачьте, дядя Витя, не плачьте... Уже хорошо то, что вернулись с войны. И мой папа тоже найдётся и вернётся.

-      Ну вот, опять за свое! Таюшка, это же твой настоящий папа, — стал уверять её дядя Лёша. — Ну-ка всмотрись в его лицо. Ведь это же то самое лицо, что на фотокарточке, что стоит у тебя в комнате, на столе, в рамочке...

-      Не знаю я, — недоверчиво и растерянно прошептала Таюшка, силясь вспомнить лицо на карточке.

-      Ничего, она меня потом узнает, — сказал дядя Витя и взял Таюшку на руки.

Таюшка и вправду не помнила папиного лица на домашнем фотопортрете: это лицо как-то размылось в её памяти, стало нечётким, неясным. Она пригрелась на коленях у отца, которого по-прежнему считала чужим дядей Витей, и задремала после такого бурного для неё дня. Не слышала она, как уложили её в постель, как уходила домой из её палаты счастливая мама, обняв не менее счастливого папу, и как потом мама вернулась. Её разбудил мамин голос:

-      Вставай, Таюшка, я уже успела сбегать домой и приготовить ужин, пока ты спала. Накормила Рыжика с Тайфуном и дядю Витю.

Она заставила Таюшку поужинать, поправила её постель. Медсестра сделала Таюшке укол, и Таюшка быстро провалилась в сон. И снилась ей белая крылатая лошадка. Лошадка убегала от неё в ночное небо, а Таюшка всё бежала за ней и кричала: "Лошадка, лошадка, постой, погоди!"

 

***

 

Три последних больничных дня прошли не так уж уныло: ведь каждый день приходила мама. В пятницу её снова осмотрели врачи, и сделали контрольный рентген. Всё было уже нормально, и её выписали. После обеда мама с дядей Витей принесли объёмистую сумку, и мама стала помогать Таюшке одеваться: надела на неё тонкий шерстяной свитер, колготки, а сверху пушистый костюмчик с начёсом.

-      Ну что, девушки, готовы? — спросил зашедший в палату дядя Витя.

-      Готовы, только вот осталось косички заплести, — сказала мама. — Ну-ка, Витя, давай, ты одну косичку, я другую.

Мама расчесала Таюшкины волосы, и они с дядей Витей стали заплетать по косичке.

-      Ну, просто семейный портрет в больничном интерьере, — засмеялся зашедший в палату дядя Коля.

Потом они сели в машину, и дядя Коля отвёз их домой. Дома первым делом Таюшка принялась рассматривать свои зимние обновы: бежевую кудрявую шубку и в тон ей вязаную шапочку.

-      Мама, а это мои шубка и шапочка? — недоверчиво спросила Таюшка.

-      Пока твои, а потом не знаю, чьи будут, — улыбаясь, сказала мама.

-      Как, разве ты собираешься кому-то отдать их? — огорчилась Таюшка.

-      Таюша, ты же скоро вырастишь из этих шубки и шапочки, и тогда, может быть, их будет носить твоя сестрёнка, — сказала мама.

-      Какая ещё сестрёнка? У меня нет никакой сестрёнки.

-      Это пока нет, а потом обязательно будет, — сказал дядя Витя. — Вот я поправлюсь, и мы с мамой проработаем этот вопрос. У тебя обязательно будут и сестрёнка, и братишка.

-      Я лучше к своему папе уйду, когда он найдётся, — мрачно пообещала Таюшка.

Взрослые огорчённо замолчали. Таюшка зашла в прихожую, и к ним сразу из комнаты выпрыгнул большущий пёс. Таюшка невольно спряталась за маму.

-      Не бойся Таюша, это Тайфун, он очень добрый, — сказала мама.

-      Тайфун, это наша Таюшка, — сказал дядя Витя.

Он взял Таюшкину руку и дал понюхать Тайфуну. Тайфун лизнул Таюшкину лапочку и отвёл уши назад, что на собачьем языке означало: я понял, хозяин.

Таюшка прошла в свою комнату, которая когда-то была папиной. На кровати у неё сидели три мягких медведя, огромный плюшевый леопард и черепаха. Таюшка пои­грала с ними, дала понюхать одного мишку Тайфуну, но тот отвернулся от игрушки и посмотрел на Таюшку умными глазами, давая понять, что плюшевые игрушки ему глубоко безразличны. Потом она потрогала ле­жащую на полу мягкую черепаху и попрыгала на красивом леопарде. Тут в комнату заскочил Рыжик и начал баловаться с черепахой.

-      Рыжик, нельзя, ты её порвёшь! — И Таюшка отобрала у Рыжика черепаху.

Рыжик маханул на стол и тут же с грохотом что-то уронил. Таюшка подошла и увидела, что это упал папин портрет. Она его подняла и стала внимательно всматриваться в папино лицо. Тут в комнату вошёл дядя Витя и присел перед Таюшкой на корточки. Таюшка перевела взгляд на дядю Витю, потом опять на папин портрет, потом снова на дядю Витю, — и на её лице появилась удивление: папины глаза на портрете были в точности такими же, как у дяди Вити.

-      Папа! — одними лишь губами прошептала она и крепко обняла своего папу.

Наконец-то!!!

-      Вот видишь, дочка, ты меня и вспомнила, — сказал папа и посадил дочку на колени.

И они долго так сидели, прижавшись друг к другу.

А в город уже вошла зима на мягких снежных лапах и начинала кружить на городских улицах свои колючие метели...

Новокузнецк, 2003 г.

 С уважением,  Тамара Черемнова

Мой почтовый адрес: AKT-05@yandex.ru
654011 Кемеровская обл., г. Новокузнецк, Новоильинский микрорайон, ул. Олимпийская, 17, Дом инвалидов №2, 1 этаж, 5 комната. Тамара Александровна Черемнова.

Материалы по теме: Про рыжую Таюшку. часть 3

Повесть про рыжую Таюшку. Часть I.

Биография автора повести

    Ваше мнение