Про рыжую Таюшку

Ранним утром, когда на улице только-только началась повседневная суета и люди заспешили кто куда, к новому, недавно выстроенному знанию подошла грузовая машина с новыми жильцами. Из открывшегося окна кабины высунулся шофёр и прокричал, ни к кому конкретно не обращаясь:

-     Этот дом за номером десять дробь два, подъезд четыре?

-      Ну да, это тот самый дом и подъезд четвертый, — ответила дворничиха.

-      Тогда все правильно, — сказал шофёр, открыл дверцу кабины и спустил оттуда на землю девчушку лет шести.

Что это была за девчушка! Всё её лицо было густо усыпано веснушками, будто кто-то нарочно брызнул на личико золотой кистью. А головку венчала закрученная на макушке рыжая косичка — словно маленькая корона королевы.

Дворничиха даже зажмурилась. И, вытерев руки о фартук, тронула рыжие волосики и спросила:

-     Ты и вправду такая золотая?

Девчушка широко улыбнулась, приветливо поздоровалась, но на вопрос не ответила — она и сама не знала, вправду ли она такая золотая.

 

***

 На другой день эта девочка уже играла со всеми ребятами в песочнице и оказалась очень задиристой и упрямой. Обычно того, кто не такой как все, всегда дразнят, но дразнилки, придуманные для Таюшки (так звали рыжую девочку), вскоре пришлось отставить. Дело в том, что Таюшка умела постоять за себя и была ужасно задириста.

Однажды она затеяла шумную разборку из-за куклы. Кукла принадлежала кокетливой девочке в бантиках и выглядела так же нарядно и кокетливо, как и её хозяйка. Девочка в бантиках опасалась доверить свою нарядную красавицу шаловливой Таюшке, а та во что бы то ни стало хотела её побаюкать. Таюшка потянула куклу к себе, девочка не отпускала. Таюшка дёрнула и нечаянно вырвала у куклы ногу. Однако девочка не отдавала и одноногую куклу, и развоевавшаяся Таюшка, не желая сдаваться, унесла ногу в беленьком носочке и синенькой туфельке к себе домой.

-      Ну и зачем она тебе нужна, нога без куклы? — спросила Таюшку мама. — Что проку в оторванной кукольной ноге?

-      Нога тоже красивая, — возразила Таюшка.

-      Что за ребёнок? Откуда такая воинственность? — развела руками мама. — Тебе надо было мальчиком родиться с такими повадками...

Да уж, эта Таюшка далеко не во всем была золотой.

 

***

 Однажды — дело было в субботу — все дети вышли к песочнице чистенькими, искупанными, принаряженными. И среди всей этой компании выделялся один весьма упитанный мальчик, который жевал, причмокивая, большой бутерброд с копчёной колбасой. А на него во все глаза смотрел, высунув язычок, голодный дворовый щенок.

-     Дай маленький кусочек, — попросила подошедшая Таюшка.

-     Ещё чего, свой надо было из дома брать, — возразил толстый мальчик.

-      Да я не для себя, я для щенка, — пояснила Таюшка. — А тебе я потом сразу два бутерброда принесу.

-      Вот иди и неси из дома сразу два бутерброда для щенка. — И толстяк демонстративно откусил от бутерброда.

-      Моей мамы сейчас нет дома, — сказала Таюшка примирительно, — иначе я бы у тебя не просила.

-     Сказал "не дам", значит, не дам! Я не буду делиться с бездомной
собакой своим бутербродом! — разозлился толстяк и отвернулся.

-     Ну что тебе стоит дать щенку хоть маленький кусочек? — не отступала Таюшка.

-     Уйди, конопатая, а то...

Не успел толстяк проговорить обидное слово, как получил звонкую оплеуху. И покатились по грязному асфальту в чистых одёжках рыжая Таюшка с толстым мальчишкой. Бутерброд у толстяка выпал из рук, и щенок его тут же проглотил, а сам пустился наутёк.

-     Ха-ха-ха, так тебе и надо, жадина! — залилась смехом Таюшка.

-     Ах, так? Вот тебе, получай! — И толстяк, победно усевшись верхом на Таюшку, вцепился ей в рыжие волосы.

-      Отпусти, больно! — Таюшка попыталась высвободиться из-под увесистого мальчишки, но безуспешно; тогда она в отместку трижды ущипнула его за толстый бок и  прохохотала: — Ха-ха-ха, бутерброд убежал от жадины!

-      Не ври, вруша, бутерброд не сам убежал, его утащил твой паршивый пёс! — орал мальчишка, сидя верхом на Таюшке.

А щенок, ус­певший за это время проглотить бутерброд, звонко тявкал, прыгая вокруг дерущихся. Неизвестно, чем бы закончилась эта драка, если бы к ним не подошёл пацан постарше. Он легко снял толстого мальчишку, победно восседавшего на Таюшке, затем поднял и саму Таюшку.

-     За что он на тебя так набросился? — спросил пацан у Таюшки.

-     За то, что я попросила у него немного хлеба с колбасой вот для этого голодного щенка, — объяснила Таюшка, не переставая громко хохотать.

-     Она врёт, она не просила, она отобрала у меня бутерброд! — заорал толстяк и снова чуть не свалил Таюшку кулаком.

Но тут показалась возвращавшаяся из магазина Таюшкина мама. Увидев дочь, окружённую мальчишками, и как всегда шумно воинствующую и размашисто жестикулирующую, да притом в измазанном выходном платье, она в ужасе схватила Таюшку за грязную ручонку и молча потащила её домой.

-      Ну, сейчас ей будет, — позлорадствовал толстяк и тут же получил подзатыльник от старшего пацана, заступившегося за Таюшку.

 

***

 

Стоя в углу, Таюшка фыркала от смеха, вспоминая, как толстяк роняет свой бутерброд, а щенок в одну секунду глотает его.

-     Фыр, какой неуклюжий толстяк! Ему надо было сразу затолкать весь оставшийся бутерброд в рот, а он положил его на ладонь, да ещё пальцы свои жирные растопырил, вот и достался бутерброд тому, кто его очень хотел! Фыр-фыр!

-      Она ещё и смеётся! — возмутилась мама, услыхав Таюшкино фырканье в углу. — Какая бесстыжая дочь у меня растёт!

-      Мамочка, я же не отбирала у него этот бутерброд, я просто попросила у него маленький кусочек для голодного щенка. А он, ха-ха, положил его на ладонь, да ещё растопырил пальцы! Ой, ха-ха-ха!

-      Щенков можно угощать только своими бутербродами, — сказала мама. —
Теперь все соседи будут говорить, что моя дочка растёт бандиткой. И вот ещё что: ты сегодня же отдашь оторванную у куклы ногу. Ну зачем тебе, спрашивается, оторванная от чужой куклы нога?! Этой девочке, наверно, очень хочется поиграть с этой куклой, а у той нет ноги, — говорила мама, сердясь.

-      Ну, мамочка, не сердись! Если хочешь, я этому мальчику сразу два бутерброда завтра отдам, — уткнувшись головой матери в колени, примирительно прошептала Таюшка.

-      Ты у меня, Тая, похожа на одну маленькую, глупенькую, непослушную
ведьмочку, которая, вылетев без разрешения из леса, поселилась на чердаке у одинокой бабушки и нажила себе кучу неприятностей.

-     Мамочка, а ты мне расскажешь про эту маленькую ведьмочку? — с надеждой в голосе спросила Таюшка.

-     Я расскажу тебе эту сказку, ну только с одним условием: ты сегодня же пойдешь и исправишь свои ошибки, — потребовала мама. — И за­помни ещё одну вещь: нельзя у человека отбирать его кусок хлеба. Тебе надо было дождаться меня, и тогда ты бы вынесла щенку хоть три бутерброда, но свои. А сейчас ты пойдёшь и попросишь у этого мальчика извинения и отдашь оторванную у куклы ногу.

-     Хорошо, мамочка, я сделаю всё, как ты просишь, — согласилась Таюшка и побежала исполнять свои обещания.

 

***

 

Через десять минут в прихожей раздался звонок и Таюшкина мама пошла открывать дверь.

-      Господи Иисусе, что это? — с ужасом проговорила мама, взглянув на возникшего перед ней чумазого взъерошенного ребёнка. Тая, это ты? — спросила мама, с трудом узнавая в этом растрёпанном чумазёнке свою дочь.

Взлохмаченная, вся перепачканная песком и кровью, рыжая головёнка утвердительно кивнула, что означало: "да, это я, твоя дочь". Мама оглядела свое чадо с головы до ног: на её ребёнке не было живого места, голубенькое платьице, одетое всего десять минут назад, украсилось грязевыми разводами, из разбитых коленок сочилась кровь, из ссадины на лбу тоже сбегала струйка крови.

-      Таюша, что случилось?! — мама легонько дотронулась по головы дочери.

-      Мамочка, он первый начал, я не виновата... — тихо проговорила Таюша, с трудом шевеля разбитыми губами.

-      Ну почему других девочек не бьют, а бьют только тебя? Горюшко мое! — вздохнула мама и запустила своё избитое горюшко в квартиру.

 

***

 

Лёжа в постели, когда все ссадины и царапины уже были обработаны и смазаны зелёнкой и ноющая боль в теле стихла, Таюшка невольно стала размышлять (чего раньше за ней не наблюдалось).

И правда: почему сегодня так нелепо всё получилось? Она же вышла, чтобы попросить извинения, а этот толстяк накинулся на неё и начал драться. Наверно, мама права: она, Тая, совсем нехорошая. Но почему ж такая уж нехорошая? Ну что в ней такого плохого? Девочка как девочка, и косичка золотая у неё есть и... И она ведь пытается быть хорошей! Но что-то ей мешает... Надо бы расспросить маму: что же всё-таки мешает быть хорошей?

-     Ну что, Таюша, успокоилась? — спросила мама, присаживаясь на край постели.

-     Мам, я, наверно, и вправду нехорошая девочка, если все меня бьют?

-     Знаешь, почему сегодня с тобой всё так некрасиво приключилось? И не толь­ко сегодня? Потому что ты, Таюша, упрямица! Ты же стоишь и просишь у человека, пока не добьёшься своего, вот и получаешь в лоб. Попроси у человека один раз, если же он не даёт, значит, отойди. А ты всегда стоишь и настырно добиваешься своего. Вот если у тебя начнут просить что-то очень вкусное, а тебе покажется, что и самой мало, что же тогда?

-      Тогда я всё равно поделюсь, — ответила Таюшка.

-      Ну а если заупрямишься и не захочешь отдавать, как не захотела отдавать оторванную ногу от чужой куклы? — напомнила мама.

Таюшка виновато молчала.

-     Вот видишь! Молчишь, значит, признаёшь, что я права, — вздохнув, сказала мама.

-     Нет, мамочка, голодному щенку я всегда отдам даже самое вкусное, потому что собачкина мама не может готовить вкусненькое, а у этого щенка вообще нет мамы и ему никто не даст поесть.

-     Собачкина мама никогда не бросит своего малыша, она кормит его своим молочком, пока он не подрастёт. А уж подросший щенок должен сам побывать себе еду, поняла?

-     Мамочка, ну как щенок будет добывать себе еду, он же на работу не ходит? — упрямилась Таюшка.

-     Послушай, Тая, я вовсе не против, чтобы ты кормила голодных животных, я просто хочу, чтобы ты поменьше упрямилась, — сказала, мама, выходя из комнаты.

-     Мамочка, ты мне обещала рассказать сказку про маленькую упрямую ведьмочку... — Таюшка умоляюще смотрела на маму.

-     Я тебе обещала рассказать эту сказку, только если ты будешь послушной. А ты опять влезла в драку, — напомнила мама.

-     Но, мамочка, не я же побила этих мальчишек, — захныкала Таюшка.

-     Тая, мы же с тобой только что договорились, и я попросила тебя поменьше упрямиться.

-     Мамочка, ведь это несправедливо, я же сама никого не била и ничего плохого не сделала, просто заступилась за голодного щенка. Дрались ведь мальчишки!

-     Ну хорошо, — сказала мама примирительно и опять присела на краешек кровати. — Я расскажу тебе эту сказку, если ты мне пообещаешь, что будешь поменьше упрямиться, и будешь немного посговорчивее, когда я тебя о чем-то прошу. Обещаешь?

-     Мамочка, я обязательно... Я тебе... Я тебя... Я постараюсь слушаться тебя, — запинаясь и путая от волненья слова, поклялась Таюшка.

-     Запомни, данное слово всегда надо держать, — сказала мама.

-     А если это не всегда получается? — прошептала Таюшка.

-     Значит, получается, что ты меня обманываешь. И потом, когда вырастешь большой,
тоже будешь меня, старенькую, обманывать, — грустно произнесла мама.

Таюшке стало очень жаль свою мамочку, которая будет старенькой и обманутой. Ну уж нет, она ни за что не станет её обманывать. И Таюшка твёрдо решила, что если снова подерется с мальчишками или заупрямится, то сама, добровольно, встанет в угол, хотя и ужасно боится стоять в тёмном углу.

-     Ну хорошо, значит, ты обещаешь быть послушной, — улыбнулась мама, видя, какие страдания написаны на Таюшкиной конопатой рожице. — Тогда слушай сказку.

 

***

 Далеко-далеко, в самой чащобе густого леса, пряталась большая глубокая пещера, в которой жили сёстры-ведьмы. И была у них маленькая сестричка по имени Шиша. Ох, и доставалась же этой Шише от старших сестёр! Они её то за уши потащат, если большой костёр потухнет, то за воло­сы таскать начнут, если пол не успела подмести, а то и за ноги повесят на высокий сучок, если Шиша у них под ногами путается. Висит Шиша на сучке, плачет, а сёстры посмеиваются над ней. А когда сёстры разлетаются по своим делам, Шиша слезает с сучка и бежит к своей знакомой зайчихе — пожаловаться и поплакаться. Та пригревает Шишу, успокаивает, и Шиша засыпает у зайчихи под тёплым боком. Но там под вечер сёстры её находят и за уши приносят домой в пещеру.

Но вот однажды прис­мотрела себе Шиша пустое птичье гнездо и спряталась там от сестёр. Сидела-сидела в гнезде и нечаянно заснула. А когда проснулась, кругом было уже темно. Видимо, сегодня сёстры не смогли её отыскать, подумала Шиша. А это заброшенное птичье гнездо было на самой макушке высокой старой берёзы, и макушка мерно покачивалась, так что Шишу чуть было опять не укачало в сон.

-     Эх, надо идти домой, — вздохнула Шиша и начала уже было спускаться, да так и замерла, открыв рот от неожиданности: на самом краю леса она увидела крохотный, но яркий ого­нёк, он то мерцал, то снова исчезал во тьме.

Долго так висела Шиша, замерев, и рассуждала:

-     Что это за огонёчек? Упавшая звезда? Так почему же тогда она не погасла? Чей-то зажженный костёр? Но почему же тогда он такой маленький? Эх, какая жалость, что у меня до сих пор нет своей летающей метлы! Была б у меня сейчас своя метла, я бы вмиг слетала туда и обратно!

Сёстры обещали ей подарить такую метлу, но толь­ко на праздник, который будет через четыре Луны. В эту ночь все ведьмы слетятся на праздник, и каждая из сестёр выдернет из своей метлы по волшебному прутику и подарит Шише, и у неё таким образом соберётся своя метёлочка. Но это будет ещё не скоро, надо, чтоб по небу прокатилось четыре круглых Луны...

И Шиша горестно вздохнула...

 

***

 Таюшка уже крепко спала. За окном, во тьме, празднично мерцал своими многочисленными фонарями ночной город. Мама поправила на дочкиной кроватке сбившееся одеяльце и тихонечко вышла.

 

***

 Когда Таюшка проснулась, то услышала шкворчанье, доносившееся из кухни: мама готовила завтрак. Обычно она просыпалась, когда мама уже убегала на работу, но сегодня было воскресенье. И Таюшке показалось, что сегодня должно случиться что-то необычное и очень-очень хорошее. Она быстренько одела приготовленное мамой платье, взяла расчёску и как всегда начала расчёсываться, да не тут-то было: едва она провела расчёской по голове, как начали болеть синяки и шишки, полученные во вчерашней драке. Таюшка долго возилась с волосами, но все-таки управилась, косичка была успешно заплетена.

-     Таюша, иди завтракать, — позвала из кухни мама.

-     Ма-а-амочка, а можно я сразу после завтрака пойду на улицу? — спросила Таюшка и запрыгала на одной ножке к столу.

-     Таюша, веди себя поприличнее! — строго сказала мама.

-     Мамочка, у меня сегодня очень хорошее настроение, мне кажется, что сегодня произойдет что-то хорошее-прехорошее, — сказала Таюшка. Это необыкновенное предчувствие чего-то радостного не покидало её с самого пробуждения.

-     Ну ладно, Таюша, завтракай и иди гулять. Только сначала верни оторванную у чужой куклы ногу, хорошо? И попроси у той девочки извинения, поняла?

-     Угу, — отозвалась Таюшка, заталкивая в рот последний кусочек яичницы с помидорами. Потом она отыскала в своих игрушках ногу от чужой куклы и понеслась, весело прыгая по ступенькам.

Девочку, с которой они подрались из-за куклы, она нашла быстро —
та сидела в песочнице и играла.

-     На, возьми, — миролюбиво сказала Таюшка, подойдя к песочнице и протягивая девочке куклину ногу.

-     Спасибо, — поблагодарила девочка. — Меня зовут Мариша, а тебя как?

-     А меня Тая. Ты прости меня, Маришка, что сломала твою куклу, просто мне тогда очень хотелось поиграть с такой куклой, — призна­лась Таюшка.

-     Мне сейчас папа её починит, и мы с тобой поиграем с ней по очереди. Хорошо? — И Маришка радостная побежала домой.

А Таюшка забралась в песочницу и стала лепить при помощи разных формочек из песка красивое печенье, да такое, что у самой слюнки потекли. Вскоре вернулась Маришка и предложила:

-     Давай поиграем в кондитеров: ты будешь делать пирожные, а я буду их продавать. А потом я буду делать пирожные, а ты станешь продавцом. Ладно?

-     Ладно! — обрадовалась Таюша. — Я уже вон сколько их напекла.

-     Кому пирожных, покупайте! Пирожные всякие: с кремом, с джемом, с фруктами! Самые вкусные пирожные! — начала кричать как заправский продавец Маришка, и к ней сразу же потянулись девочки, игравшие неподалёку.

Но вот начал накрапывать дождик, и все дети стали помаленьку разбредаться по домам. Таюшка тоже отправилась домой, но у неё развязался шнурок, пришлось присесть и завязывать. Возясь с непослушным шнурком, она услышала неподалёку от себя тихое и жалобное "мяяяууу". Она оглянулась, но поблизости никого не увидела. Но стоило ей опять нагнуться, чтобы довязать шнурок, как она опять услышала это "мяяяууу". Таюшка позвала "кыс-кыс-кыс", но ей никто не ответил. Тогда она на цыпочках (чтобы не спугнуть) подошла к подвальной дырке и снова позвала "кыс-кыс-кыс". Но больше никто не мяукал. Тогда она решила заглянуть за угол дома. И что же? Там сидел, прижавшись к стене, ярко-рыжий, с растопорщенной шёрсткой, крохотный котёнок.

-     Ой, какой же ты неприглаженный... — рассмеялась Таюшка и погладила его.

-     Мяяякакау! — запищал котёнок и сам подошел к Таюшке.

Таюшка взяла его в руки, и котёнок своим маленьким шершавым язычком начал облизывать Таюшкины пальцы.

-      Ой-ё-ёй, мне же щекотно! Ха-ха-ха! — расхохоталась Таюшка, посадила котёнка в карман джинсового сарафана и побежала к Маришке.

-      Маришка, Маришка, посмотри, что у меня есть! — закричала она и высадила котёнка из кармана в песочницу.

-      Уйя, какой хорошенький! — восхитилась Маришка. — Где ты его нашла?

Постепенно подошли и другие ребята, не сбежавшие от дождя, и тоже завосхищались котёнком:

-      Ого! Какой он весь рыжий! Откуда он? Чей он? Где ты его взяла? — посыпались на вопросы.

-          Он сам ко мне подошел, — похвалилась Таюшка.

-          Ой, не ври, — засомневалась одна девочка.

-          А я и не вру, он сам позвал меня. И он звал именно меня, а не кого-то другого! — расхвасталась Таюшка.

Таюшка даже и не заметила, как все малыши примолкли, и только тогда сообразила, когда услышала у себя за спиной мальчишечьи голоса:

-          Смотри, опять рыжая здесь! Кого это они там прячут? Ну-ка, мелюзга, раздвиньтесь! Смотри, рыжая такого же кота рыжего притащила! Мало, что сама рыжая, так ещё и кот у неё рыжий! А ну отдай кота!

-          Не отдам, — храбро ответила Таюшка, быстро спрятала котёнка в карман сарафана и сжалась, не на шутку испугавшись налетевшей ватаги мальчишек, предводимых её недругом толстяком.

-          Отдай, говорю, а то хуже будет! Тебе, кажется, уже говорили, чтоб ты тут больше не появлялась, а ты опять здесь! Что, мало вчера получила?! Тебе же сказано было, что это наш двор и рыжим здесь не место, ты поняла?! — кипятился толстяк.

-          Нет, — буркнула Таюшка себе под нос. Вот что она поняла ясно, так это то, что её сейчас опять будут бить, и покрепче прижала к себе котёнка.

-          Лучше отдай кота, а то сама получишь, ну! — И толстяк, так и не сумев заполучить кота, изо всей силы толкнул Таюшку в спину.

Таюшка как сидела на корточках, так и упала лицом вниз, стукнувшись губами о бордюрину песочницы, и сразу же почувствовала во рту привкус крови. А другой мальчуган, постоянно сопровождавший толстяка, больно пнул её по коленкам.

-          Мама, мамочка, скорее сюда, на помощь! — пронзительно закричала Маришка, наивно полагая, что мама на двенадцатом этаже её услышит.

Однако помощь всё-таки подоспела. Но не от Маришкиной мамы.

-          Ах вы, паразиты, мало вам своих драчек, уже и малышей начали бить! — громозвучно гаркнула прибежавшая на Маришкин крик дворничиха.

И Таюшка услышала торопливый топот трусливо убегающих мальчишек, минуту назад бывших храбрыми и воинственными. Она повернула голову и увидела, как вся мальчишья ватага улепётывает от дворничихи, а та, нагоняя, хлещет их по задницам своей метлой. Таюшка, вскочив, бросилась к своему подъезду, вбежала на лестничную площадку и так отчаянно заревела "ма-а-амо-о-очка!!!", что жильцы в тревоге пооткрывали свои двери, и, видя окровавленного ребёнка, повыскакивали на лестницу, спрашивая: "Что случилось, деточка?"

Таюшка с разбегу уткнулась в материнские колени и ещё больше зашлась в истерическом рёве.

-          Господи, да что же это такое? Вчера пришла вся избитая, сегодня то же самое, когда же это кончится? — заплакала Таюшкина мама.

-          А вы узнавали, кто её бьёт? Кто же у нас такой изверг?! Так ведь всех малышей перекалечат! — возмущались жильцы.

-          Так это Борька со своей командой, — услужливо подсказала пожилая тётка в очках.

-          Да, это он, сын нашего бизнесмена-предпринимателя, — подтвердила молодая тётка с лицом, лоснящимся от питательного крема, и с волосами, накрученными на бигуди.

-          Так это Николая Васильевича Сагинова сынок? — И люди, почему-то успокоившись, стали расходиться по своим квартирам.

Мама завела Таюшку домой, кое-как отцепила её судорожно сжатые руки, приговаривая:

-          Таюша, разожми руки, ты же задушишь котёнка, слышишь, ему тоже больно, отпусти его!

Потом мама повела Таюшку умываться, переодела в чистое платье, но струйка крови из рассеченной губы не останавливалась. Мама вызвала неотложку, и их с Таюшкой отвезли в поликлинику. Там ей не очень больно наложили швы:

-          Ну вот, теперь всё до свадьбы заживёт, — улыбаясь, сказал доктор. — И где ж это она так ударилась? Наверное, слишком быстро бегала?

-          Нет, это её избили мальчишки, — горько сказала мама.

-          Тогда вам надо заявить в милицию. И знайте: черепно-мозговые травмы у детей не всегда проходят бесследно, — предостерёг доктор.

И Таюшка с мамой отправились домой. Мама уложила Таюшку отдыхать, а сама куда-то ушла.

Таюшка, свернувшись калачиком, начала уже дремать, как вдруг вспомнила про котёнка и с тревогой подумала: "Неужели мама выбросила его?" Но её страхи оказались напрасными: котёнок сладко спал на краешке ковра, скатавшись пушистым клубочком. Таюшке захотелось быть рядом с котёнком, и она улеглась на ковер, обняв мяконький комочек. Так и заснула, словно в яму провалилась.

Продолжение >>

 С уважением,  Тамара Черемнова

Мой почтовый адрес: AKT-05@yandex.ru
654011 Кемеровская обл., г. Новокузнецк, Новоильинский микрорайон, ул. Олимпийская, 17, Дом инвалидов №2, 1 этаж, 5 комната. Тамара Александровна Черемнова.

Материалы по теме: Про рыжую Таюшку

Повесть про рыжую Таюшку. Часть II.

Биография автора повести

    Ваше мнение